«Запретный кодекс», Глава 3 — Подвал Лунъяня

Пока Лун Янь работал в подвале, а Аньань собирался принести еду в полдень, Лун Цянь, который давно планировал, сыграл детский упрямый момент и притворился, что плачет и суетится, чтобы увидеть Лонг Яна. Ань была в растерянности и не могла вызвать Лун Яня в такой момент, поэтому ей пришлось спустить его вниз. Хотя это было немного по-детски, Лун Цянь не мог найти другого выхода. Однажды он пытался спросить Лонг Яна, можно ли отвезти его к себе, но тот совсем не воспринял его всерьёз. Причина, конечно, была в том, что он слишком мал. Лун Янь относился к его словам как к ребёнку, ищущему игрушку. В этом возрасте Лун Цянь естественно чувствовал себя спокойно и смело показывал способность стоять и ходить, но Ань Ань всё равно привычно держал его, оставляя Лун Цяня беспомощным. Добравшись до входа в подвал во дворе, Аньань открыла деревянную дверь хижины, держа Лун Цяня одной рукой и крутя еду другой, ловко ступая на каменные ступеньки в подвал, не нуждаясь в свете. Всего через несколько шагов Лун Цянь вдруг тихо спросила: «Он расстроится?» «Аньань не знала, что Лун Цянь просто не хочет, чтобы её несли обратно, пока она не увидит, что внутри, прежде чем спуститься вниз. Думая, что сын может немного испугаться, она улыбнулась и мягко сказала: «Нет, малыш такой разумный, как папа мог бы тебя винить?» Лун Цянь знала, что Лун Янь, должно быть, подслушал разговор, поэтому продолжила: «Если я захочу остаться с ним ещё немного, он выгонит меня?» Услышав слова сына, Аньань не могла не почувствовать укол грусти. Её муж в последнее время не проводил с ним много времени, и она хорошо знала причины, но её сын не понимал всего. К тому же, даже если она расскажет ему всё это, сможет ли двухлетний Лун Цянь понять? Аньань поцеловала Лун Цяня в лоб и мягко сказала: «Не волнуйся, папа не прогонит ребёнка.» «
Лун Цянь знал, что достиг своей цели. Так, даже если Лонг Ян почувствует, что стоит на пути в подвале, он не будет спешить уйти, и у него будет достаточно времени, чтобы понять, что именно делает Лонг Ян.Через некоторое время Аньань привела Лун Цяня в подвал. Лун Ян, видимо, слышал недавний разговор этой матери и сына, встал со своего рабочего места, подошел к ним, крепко прижал Лун Цяня к себе, погладил его по голове и улыбнулся: «Малец, ты обходишь все круги, чтобы сюда заглянуть. Здесь совсем не место для развлечений, уходи и не трогай ничего лишнего».

После того как Лун Ян наклонился и поставил Лун Цяня на пол, он подошел к входу в подвал, принял от Аньань принесенную еду и начал жадно есть, а Аньань в это время наливала воду, обстановка была очень ласковая и интимная.

Подвал занимал всего около десяти квадратных метров, свет там был не слишком яркий, стены были выложены ровным голубым камнем, а на десятиметровом своде была небольшая мансардная форточка, сквозь которую проникал солнечный луч, падая на квадратный молочно-белый камень. Этот камень был примерно пятидесяти сантиметров в длину и около десяти сантиметров толщиной и выглядел, как неразрезанный кусок тофу. Под ним находился неровный голубой каменный пень высотой около метра, образовавший резкий контраст с камнем, перед каменным пенем стоял деревянный стул. Лун Цян полагал, что это должно быть рабочее место Лун Яна.

В подвале также стояли несколько больших деревянных ящиков и странная железная обработочная машина, внешне немного напоминающая ту старую машину для дробления камня, которую он когда-то видел по телевизору. На машине был желоб, середина машины была герметично закрыта, непонятно, что внутри, с одной стороны была рукоятка, а с правой стороны снизу торчала тонкая трубка.

Лун Цян подошел к машине, повернул голову к Лун Яну и спросил: «Для чего это?»

Лун Ян, жадно откушав немного еды, принял от Аньань чай, сделал глоток и, не меняя выражения лица, ответил: «Дробить камни».

«Ага».

Лун Цян не стал задерживаться на этом вопросе и, встопорившись на цыпочки, посмотрел на слой серо-зеленой густой жидкости, прилипшей к молочно-белому камню, затем перевел взгляд на маленький стол справа от голубого каменного постамента.

На столе лежала изящная деревянная шкатулка, которая была открыта. Внутри лежали несколько листов грубой серой бумаги, бумага была довольно плотная, и на первый взгляд выглядела как маленькие кусочки пергамента.Размер изящной деревянной шкатулки был примерно тем же, что и у черной «Запретной книги», которую Лун Цянь видел больше всего за последние два года; бумага внутри немного меньше коробки, а углы и края этих нескольких листов были аккуратно подрезаны, можно сказать, что они достигли тонкости резки прошлой жизни, и в самом центре каждого листа находился круглый герб.
Самое странное было то, что герб в центре листа был едва заметен и медленно извивался, немного напоминая изображение, которое невидимый проектор медленно демонстрирует на листах.
Лун Цянь огляделся налево на молочно-белую платформу, затем направо на несколько странных листов в изящной коробке и на кучку рассыпавшихся серо-зеленых кусочков в большом деревянном ящике под столом. Немного подумав, он догадался, какой работой занимается Лун Янь.
Возможно, работа Лун Яня заключалась в создании таких странных листов, как в изящной коробке, но Лун Цянь все равно ощущал, что чего-то не хватает.
С его смутной памятью и пониманием, чтобы сделать бумагу, разве не нужно было класть бумажную массу в контейнер для отжима и сушки? Но сколько он не искал, так и не нашел инструментов, связанных с отжимом или сушкой, даже инструментов для подрезки краев тоже не было.
Немного подумав, Лун Цянь решил задать вопрос окольным путем: вставая на цыпочки и опираясь на низкий деревянный стол, он уставился на странные листы в изящной деревянной шкатулке и спросил: «Что это такое? Ты это сделал?»
Услышав этот наивный вопрос, Лун Янь слегка замер, повернул голову к жене и заметил, что она тоже была удивлена. Вернувшись к Лун Цяню, его взгляд изменился.
«Сын, подойди сюда.»
Один лист бумаги Лун Яня можно было продать за три серебряные монеты, и Лун Цянь был весьма удивлен. По его сведениям, обычная семья в Читанчжэне за месяц тяжкого труда зарабатывала всего десять серебряных монет. Лун Янь за один лист получал так много — как ему не удивляться?
Однако, если взглянуть на доходы Лун Яня за прошлый и позапрошлый года, становится очевидна неблагоприятная ситуация.
Собрав информацию за последние два года, можно было определить, что Лун Янь ездил в город Цинтянь примерно в двух днях пути от Читанчжэня. За позапрошлый год Лун Янь зарабатывал по крайней мере пятьдесят серебряных монет в месяц, в прошлом году доход упал до сорока, а в этом году уменьшился вдвое и составил всего двадцать.На самом деле за месяц можно зарабатывать более двадцати серебряных монет, и для города Цитао это уже считается очень хорошим доходом, но Лунь Цянь не выглядел довольным в глазах Лунь Яня и Ань Аня, наоборот, его часто охватывало глубокое беспокойство. Каждый раз, когда Ань Ань вел учет расходов, Лунь Цянь замечал, что остаток в семейной книге не увеличивался, а, наоборот, быстро уменьшался.
Семейные обычные расходы на самом деле были невелики, и каждый месяц траты серебра даже были меньше, чем у обычной семьи. Лунь Цянь предполагал, что в семье, должно быть, есть какой-то расход, о котором он не знает, и именно этот расход делает семейное финансовое положение все более тяжелым. Если смотреть пессимистично, боюсь, что через несколько лет семья окажется на грани нищеты.
Однако, даже если знать все это, что можно сделать? В возрасте Лунь Цяня он совсем не имел никаких возможностей что-либо изменить.
Поэтому Лунь Цянь чувствовал, что время проходит слишком медленно, он хотел поскорее вырасти, но, очевидно, этому нельзя поспешить. Чем сильнее надеешься, что время пройдет быстрее, тем медленнее оно идет.
Дни унылые шли один за другим, а Лунь Цянь становился на год старше, проведя три года вместе с семьей Лунь Яня и Ань Аня, и всегда находясь под их заботой и баловством. Лунь Цянь постепенно стал воспринимать Лунь Яня и Ань Аня как настоящих родителей, но, даже когда он мог свободно говорить, он все равно не привык называть их папой и мамой.
Для Лунь Цяня, бывшего сиротой, эти два слова были слишком тяжелыми...

Глава 3 – Подвал Лунь Яня (Конец) (Реклама: Семья Ци Юй активно набирает новых членов!)